Мужской труд или лосось слезам не верит

Что представляет человек, когда слышит слово «Аляска».  Зачастую это пятиметровый снег, пингвины мешающие пройти, горы, ну и конечно лосось.  Большинство из того что вы слышали — это всего лишь суеверия и небылицы, но все они помогают понять, что Аляска – необычайный край. Сегодня я попытаюсь разрушить Ваши стереотипы!

Не буду Вас томить, и перейду к рассказу о своем знакомстве с Аляской и о том, как она изменила мою жизнь.

Начну по порядку, когда я поступал в универ — я уже был наслышан о различных студенческих программах и стажировках за границей. И так, как я испытывал тягу к иностранным языкам, то понимал, что такие программы являются частью моего будущего.  Шло время, я изучал различные варианты…

Большинство программ были слишком короткими либо невыгодными, но однажды на повестке дня у меня встал вопрос о поездке в Америку по программе Work&Travel. Продолжительность составляла от 1 до 4 месяцев, по уровню заработка это программа тоже явно лидировала. Поэтому поразмыслив немного, я отбросил все остальные варианты и выбрал именно W&T.

Не буду рассказывать о бюрократических заморочках, их хватило сполна, но суть статьи вовсе не о них.

Итак, США — страна огромных масштабов, логично встал вопрос: «куда именно ехать?»

Агентство, которое организовывало поездку — предлагало огромное количество вакансий, начиная от официантов в Нью-Йорке и оканчивая помощниками в казино Вегаса. И хотя было несколько весьма заманчивых предложений, но я медлил. И когда я уже почти был готов принять решение — я встретил друга, который уже ездил по этой программе, и именно на Аляску. Послушав его рассказы про работу на рыбозаводе и про огромные заработки, я решил, что мне уже не хочется ехать ни в какой другой штат кроме Аляски.

Выбор был сделан, билеты куплены, посольство пройдено.

20+ часов перелета и я уже стоял на вольнолюбивой земле Америки и наблюдал за окружающими людьми, в поисках представителя завода. Это длилось не долго, меня встретили и повезли в гостиницу, в которой мне предстояло жить ближайшие месяцы.

По пути я осматривал красоты Анкориджа. Не буду вдаваться в ваниль, но город действительно не мог сравниться с тем, что я, когда-либо встречал.

Спустя несколько дней, которые нам дали на освоение, пришла пора приступать к работе. И на следующее утро, облачившись в теплые свитера, куртки и резиновые сапоги мы отправились на первый рабочий день.

Каждый шел со своими представлениями и идеями о том, с чем нам предстоит столкнуться, но, готов поспорить, никто так и не угадал, что нас на самом деле там ждало.

Первое впечатление о заводе — муравейник, огромный муравейник, где каждый делает что попало. Никаких объяснений никто не дал, нам было сказано идти во внутреннюю часть завода и найти себе место.

Неразбериха, так я могу назвать первую неделю…

Каждый пытался занять себя чем-то, кто хватал швабру, кто мыл, кто носил и т.д. Что касается меня, то я по совету своего друга взял специальные плоскогубцы и встал у конвейера. Таких как я было много, и нас называли PBO. Работа была не из веселых. Нужно было выдергивать кости из идущего по конвейеру филе лосося.  Но, к счастью, я там долго не задержался. Через пару дней, штат был полностью укомплектован и начальство завода начало осуществлять глобальный контроль. И как только они увидели как я рву рыбу этими гребаными плоскогубцами, меня сразу поставили на другую должность (предварительно немного припугнув). Никто меня увольнять или еще что-то делать не собирался, просто у них такие методы… прям как у нас в армии.

Как результат меня поставили на должность, которой я полностью отдался. Это была позиция, на которой я, бывало, стоял по 22 часа в сутки, и которую я искренне полюбил. Я стал триммером, или проще говоря, начал резать рыбу.

По контракту мы должны были работать по 12 часов в сутки, но обычно это было далеко не так мало.

Скажем, в среднем, мы работали по 16 часов. Нас поделили на две смены, и завод работал круглосуточно. Мой личный рекорд составил 22 рабочих часа. До Аляски я и не представлял что такое возможно вообще.

Но самое сложное — это был не объем работы, не её тяжесть и даже не запах рыбы.

Самым невыносимым было то, что все рабочее время приходилось стоять, да еще и в сапогах. Раз в 3 час нам давали перерыв на 15 минут, и один раз в день ланч на полчаса, который, кстати, не оплачивался (везде евреи)

Но, несмотря на все трудности, знаете, что я заметил в себе и своих товарищах??

Мы полностью адаптировались, мы «прохавали» эту работу. Если в начале при первой же возможности уйти мы — уходили, то сейчас мы просили оставить нас подольше.

Парадоксально, но когда ты работаешь по 16 часов в таких условиях без нормального питания и даже без намека на тренировки ты становишься более выносливым, хотя мышечную массу конечно высушиваешь.

Работу на заводе я условно разделил на 3 типа, силовая, динамичная и шароебская.

Легкой работы не было, но у каждой были свои плюсы, например:

При силовой работе (например, погрузке коробок с лососем), приходилось постоянно поднимать тяжеленные ящики, время проходило средне, но зато, скорее всего ты работал в погрузочной части завода и не контактировал с рыбой. Сам я работал на быстрой работе, но когда там у меня все заканчивалось — я шел именно на тяжелую.

Следующий тип — динамичная работа. Это именно то чем я занимался все лето. Необходимо было резать с огромной скоростью, идущую по линии рыбу. Острые как бритва ножи, тройной слой перчаток, безумная скорость…

Это была одна из самых ответственных позиций на заводе (и, кстати, на второй год я её возглавил) Работаешь быстро, отвлекаться нельзя, а самый огромный плюс этой работы – время. Только на этой позиции время – для тебя друг, так как пролетает совсем незаметно. Бывало, 3 часа проносилось как 5 минут, а весь день как час. Да, да, я не вру! Это просто незабываемое впечатление, и, несмотря на опасность работы с острейшими ножами это место было желанным для многих.

Уникальнейший тип работы – шароебство. Далеко не каждый мог заниматься ею, а для меня это было вообще пыткой. Шароебство подразумевало такие работы: уборка, чистка, упаковка, складывание коробок и т.д. То есть работа элементарная и медленная, но время тянется безумно долго. Однажды меня поставили на такую. Это были самые долгие два дня в моей жизни!! И я понял,  как бы это смешно не звучало, но к шароебству нужен талант!

Время шло…

Если в начале нашего пребывания в Америке, мы только работали и спали, то когда мы привыкли к этому режиму мы стали отдыхать и путешествовать. На сон вполне хватало 4 часа, бывало, что пару раз за лето я вообще не спал.

По сути, Аляска оказалась вовсе не работой или путешествием… Она оказалась лагерем, как в детстве, только с армейской строгостью. И знаете что? Она меня воспитала, она усилила мои сильные стороны и уменьшила слабые. Я впервые почувствовал, что такое уснуть стоя и при этом нехило выспаться. Когда тебе никто ничем не обязан ты, полностью ощущаешь ответственность за свои поступки. Но самое главное, что мне дала Аляска – умение преодолевать препятствия.

Хотелось бы закончит мой рассказ словами главного управляющего завода, Билли Грина:

«Я знаю, будет тяжело, вы будете меня ненавидеть и хотеть уволиться. Но когда вы это пройдете, вы назовете меня другом, а в любой другой работе вы станете самыми лучшими!»

РАССЫЛКА НОВЫХ СТАТЕЙ:

Ваше имя:
Ваш E-Mail:




Яндекс.Метрика